BezdnaCross
    — Сдалась тебе эта книга… — негодование, рука слегка дрогнула, касаясь ногтями раны, но это он заметил только по выражению лица Эндзё. Тот полностью сменил облик, убирая броню, в очередной раз напоминая Сверру насколько тот беззащитен. И ведь все равно лезет туда, куда его не просят. Из-за чертовой книги!
    И все же, он знает, насколько Чтец опасен… насколько силен. Не в плане умений, тут он до невозможности ленив, а в чем то таком, чего Сверру не понять. Даже если он приложит все свои усилия. Неуловимый, обжигающий, яркий огонь. Если потушить его — будет крайне обидно и все же до чего он… ослепляет. Обжигает.

    здравствуй, любимый, кто-ты-там-я-не-знаю.

    BezdnaCross

    Информация о пользователе

    Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


    Вы здесь » BezdnaCross » Фандомные игры » Burn, Rex Lapis, burn


    Burn, Rex Lapis, burn

    Сообщений 1 страница 12 из 12

    1

    Игрок 1, Игрок 2
    https://images8.alphacoders.com/113/1132799.jpg
    Emergency countermeasures aren't my thing


    Когда умираешь в отпуск, то вероятно стоит все же объясниться с некоторыми впечатлительными подростками. Или как дедушка внучка слегка сломал, а потом комфортил

    +2

    2

    Праздник Морских Фонарей в Ли Юэ воистину грандиозное событие. Каждый год люди собираются в столице и запускают в небо тысячи фонарей, надеясь на исполнение своих мирских желаний. Этот год особенный - гавань пережила смерть своего бога, охранявшего их покой больше трёх тысяч лет, а потом еще и отразила удар древнего архонта. Вот смертные и радуются.
    В голове Яксы периодически всплывала просьба маленькой девочки навестить гавань во время праздника, чтобы отметить его всем вместе - и людям и адептам. Но адептам нет дела до мирской суеты. Всё это - лишний шум, отвлекающий от более важных вещей, да и просто адепты не привыкли быть среди людей, избрав путь одиночества. Пожалуй только молодая адвокат Ян Фей успешно вписалась в шумную жизнь города, но она и адептом никогда не была, никогда не заключала контракта с Мораксом и родилась уже намного позже мирового божественного побоища. Война Архонтов закончилась тысячелетия назад, но её отголоски все еще живы. Нельзя убить архонта - тело его исчезнет, но дух останется запертым в этом мире смертных, отравляя своей злобой земли вокруг, сводя с ума зверей, монстров и людей, ломая привычное течение элементальной энергии. Это нарушает баланс, поэтому от таких остатков прошлого нужно избавляться. Такова работа Сяо, таков его контракт с Мораксом. И неважно, что он мёртв, Сяо будет вечно защищать город, который так любил его господин, ради его памяти.
    Адепт тихо вздыхает, вставая с травы. Он выполнил данное им обещание и посмотрел на городские фонари, проводив взглядом две маленькие фигурки, растворившиеся в толпе. Красиво, громко, даже ненадолго захватило своей масштабностью, но... бессмысленно. Как и все мирское. Не успел последний фейерверк взорваться в небе, как адепт был уже на другом берегу, аккуратно приземляясь на один из горных пиков.
    Каменный лес Гуюнь.
    Это место было пропитано злом, из каждого камня доносились проклятия поверженного божества. Тут и раньше было неспокойно, но после того как архонт Вихрей Осиал неведомым образом восстал из-под каменных копий Моракса и вновь был придавлен ко дну (в этот раз Нефритовым Дворцом), на этих островах стало особенно неспокойно. Новое зло поверженного архонта буквально затопило эти земли, отравляя и без того слабые умы местных монстров. Хиличурлы больше не пели свои странные песни, танцуя у костра, лишь метались из стороны в сторону сжираемые яростью и болью. Пора упокоить их души.
    Секунда и Сяо врезается копьем в землю между врагами, вызывая мощную волну анемо-энергии, что подкидывает монстров вокруг. Якса славится своей скоростью. Он быстрейший из всех, словно вихрь проносится между врагов, уничтожая каждого на своем пути. "Бесполезно!"- рычит он, сбивая с лап увесистого митачурла со щитом из камня. Несколько ударов копья и зверь откинут, а его защита обращена в кучу осколков. Но зло так просто не остановить, и монстр встает, издавая боевой рёв, и вновь несется на стоящего спокойно адепта. Они на разных уровнях. Один прыжок Якса - и митачурл падает рогами в песок. Вокруг уже много мёртвых тел, от которых исходит черная энергия мучений. Такая знакомая Сяо. Он сам ей поражен, запятнан гневом божеств, против которых боролся. Это его карма, его боль, и его контракт - уничтожать ему подобных, пока он сам не сойдет с ума, став одним из них.
    Слишком много зла вокруг, и во всем виноват праздник Фонарей. На людские желания стягиваются все кто угодно, особенно нечистые силы. Зло притягивается к людским надеждам, в потребности их отравить, и работы от этого прибавляется в разы. Каждый праздник одно и то же, однако сегодня, даже для праздника, монстров было многовато, и зла в них куда больше обычного. Это не нравилось адепту, ведь чем дольше бой, тем сильнее его ядовитая карма, тем сложнее с ней бороться и никто ему в этот раз не поможет. Якса тяжело вздыхает, втыкая черное от крови копье в землю.
    - Многовато хиличурлов тут сегодня. И кажется я знаю почему.
    Сзади раздается смех. Неестественный, искаженный и противный. Три Мага Бездны весело улюлюкают, смотря на мучения адепта. Он слышал про эту троицу, обитавшую в Каменном лесу, да только вот они должны были сдохнуть от меча, укрепленного ветром и камнем, давным-давно. Ничего, он и с этими восставшими справится.
    Мгновение и он сталкивает дружную троицу между собой, оказываясь прямо между них. "Зло должно быть уничтожено" - на лице Сяо появляется маска Якса - Охотника на демонов. Его анемо умений будет достаточно, чтоб эта троица быстро превратилась в бестолковые закатники, стоит им только скинуть свои щиты. Всего лишь нужно их потереть друг о друга. Удар, еще удар - и вот гидро и пиро дурачки пытаются наивно избежать возмездия, еле шатаясь на своих тонких ножках. "Слабаки..." - фыркает Сяо, накалывая магов на свое копье как какой-нибудь шашлык из ресторанчиков на горе Тигра.

    Резкая боль. Только благодаря своей скорости Сяо избежал коварного удара в спину, и красная от его крови льдина пролетела мимо, оставив серьезную рану на боку. Вот так не добьешь крио мага, а вот он снова со своим щитом ехидно смеется, скача ледяном в шарике, призывая новых слуг. Ярость на самого себя вскипела в душе Яксы, расшатывая и без того встревоженную душу. Перед глазами стояла пелена, но он должен был сражаться. Больно. Очень больно. Дышать всё тяжелее. Сяо падает на колени, втыкая копье в землю, из последних сил стараясь удержать равновесие и надеясь отразить атаку монстров.

    Громкий звон со спины.

    Медленно обернувшись адепт видит как ледяные осколки, летевшие в его спину, рассыпаются в пыль, встретившись с преградой.
    Это...
    Щит..?

    Отредактировано Xiao (2022-01-07 00:30:44)

    +2

    3

    Нет ничего более воодушевляющего для Моракса, наблюдать за улыбающимися людьми, суетящимся с фонариками, готовящимся вознести свои надежды и молитвы к небу вместе с огнями, плавно покачивающимися со звездами в ночной мгле. Нет ничего более воодушевляющего осознавать, что его народ двигается дальше, оставляя прошлое в прошлом, смело ступая в эпоху людей. Нет ничего более воодушевляющего гордиться жителями Ли Юэ, находясь среди них в гавани.

    Пусть и праздник чествует ушедших, но именно тоска по ним оттеняет вкус жизни. Жители Ли Юэ никогда не знают куда отнесут фонари их молитвы, но ведь результат не всегда важен? Как результат сделки может быть не важен?

    До сих пор Мораксу не подвластны умы людей. До сих пор они могут ставить его в тупик.

    Он знает, что время – это всего лишь форма созерцания явлений. Он почти олицетворяет само понятие этого времени, ощущая лишь горечь прошлого в своей памяти и волнение ожидания будущего. История богата на события, но время для него и время для его народа движется по-разному. Иначе не значит плохо или хорошо, просто факт.

    Он знает, что времени самого остается все меньше и меньше, это ощущается внутри также ясно, как и пустота в месте нахождения гнозиса. Где он должен находиться. Вот только гнозиса у него больше нет. Разве последний контракт не выгодный?

    У него достаточно сил, чтобы сражаться и по-прежнему порой защищать свой народ. Он еще помнит, как начиналась война архонтов. Он еще помнит, как скорбь расколола тысячи камней. Он еще помнит, как потерял Гуй Чжун. Сколько возможно помнить? С каждым веком становиться меньше тех, кто мог назваться его другом. С каждым веком становиться все меньше тех, кто был важен и значим. Как долг век архонта? У него достаточно сил, чтобы сражаться?

    Он знает, что в этот день сгущается тьма и злость поверженных архонтов. Во всем существует баланс в этом мире, но сдерживать его легло на плечи молодого Яксы. С вершины Тяньхэн он прослеживает взглядом за Сяо, также следившим за празднованием, но устремившегося к исполнению своего контракта. Когда-то он спас его от участи страшнее и тогда не было колебаний, не было ничего, кроме скрепления контракта и служения людям, во благо людей.

    Сейчас он помнит лицо Сяо, помнит, как тот бился наравне со всеми с Осиалом, помнит, как обещал Хранителю Облаков, что поговорит с юным Яксой. И это именно то, что оттягивать уже невозможно. Все же стоит рассказать ему о том, как иронично было заниматься своим вознесением. К тому же лекарство, что он не отдал Путешественнику все еще в кармане.

    Это всего лишь ответственность, убеждает себя Чжун Ли, ступая в каменный лес Гуюнь. Просто завершить дело, ничего более. Но он понимает, что все же доля заботы о подопечном теплиться внутри его каменного сердца. Что ж, он вовремя.

    Моракс выбрасывает правую руку, и сгусток гео-энергии с его ладони летит к адепту, превращаясь в щит. Что ж, драматичное появление в стиле оперных арий Юнь Цзинь удалось бывшему архонту. Скорее всего нужно было подготовиться лучше к разговору, но вероятно план изначально не был хорош. Владыка Лун прав, и жизнь с людьми имеет непредсказуемые последствия для любого адепта.

    - Здравствуй, юный Якса, - Чжун Ли чуть дергает уголком рта в намеке на улыбку, пока сдерживаясь от смеха. Как бы не была печальна ситуация, как бы не находил в себе сочувствия Моракс, но лицо Сяо в этот момент доставляло ему несравненное удовольствие.

    +2

    4

    Он знает этот янтарный свет.
    Ему знаком этот щит.
    Щит, который невозможно сломить, ведь он ничто иное как воля архонта.
    НО. ОН. ЖЕ. УМЕР.

    Сяо слишком хорошо помнит тот день. В дни людских праздников всегда шумно и многолюдно. Из каждого угла, из каждой деревеньки слышны обсуждения взволнованных людей. Да, может быть для простых жителей основа и не важна, но сам факт ежегодного сошествия не обсудить смертные не могут, обязательно при этом вспомнив о бедных, покинутых архонтом соседях. Тот день исключением не был, ведь для каждого торговца Церемония Сошествия - важная дата года, когда госпожа Воля Небес организовывает болный богатых подношений стол и начинает древний ритуал украшенный её энергией как носительницы божественной воли - гео глаза бога. И исполинский дракон отвечает на её молитву, садится на главную площадь и ведет долгий диалог с пришедшими, задавая вектор движения всей гавани на ближайший год.

    Но в тот день все было иначе. Ясное небо внезапно почернело, серые тяжелые облака разверзлись и с неба тяжело рухнуло тело дракона. Адепт видел это падение, он не мог ошибиться что в тот день видел именно его! Слухи и внезапный гость ищущий его, Сяо, чтоб разрушить последние надежды. Вся гавань кипела. Рекс Ляпис, Моракс, Гео аррхонт - мёртв. Была даже церемония вознесения по всем канонам, казалось бы давно забытым...

    Каждый день с тех пор тянулся мерзкой слизью. Адепт не мог найти себе места в мире где теперь нет самой важной в его жизни персоны - его Бога, некогда избавившего совсем юного адепта от рабских оков. Он спас тело и душу грешного создания, даровав ему новое имя - шанс на искупление. Моракс никогда не просил идти за ним. Сяо сам пошел. Сам попросил заключить между ними контракт. На любых условиях, адепту было неважно. Возможно, именно из-за этой преданности контракту, Сяо все еще жив, в отличии от его собратьев Якса. Проклят, болен, но жив.
    И вот он стоит, истекая кровью, облокотившись на копье, некогда подаренное тем, кого он считал мёртвым. Тут нет ошибки, Сяо слишком хорошо знает свет этих янтарных глаз. Якса приходит в себя.
    - Господин... - сложно поклониться в таком состоянии, но Сяо постарался, - ...простите меня. - Адепт хмурится, слыша улюлюканье за спиной, и на его лице появляется маска Охотника на демонов. Тело сковывает волна боли. Он выполнит свой контракт. Любой ценой. Архонт пришел забрать его душу, и надо довести дело до конца. Обернувшись вспышкой, объятой черным пламенем кармы, адепт врезал свое копье в щит из чистого льда. Нужно приткнуть дурачка ближе к огню, и тот снова станет бесполезным куском дерьма, валяющимся у ног Якса.

    Удар, еще удар. Легким ветром Охотник перемещался по полю боя, добивая остатки оскверненных Бездной и злобой Осиала созданий. Крио маг был вбит острием нефритового копья в черный от крови песок, и маска Охотника, рассыпаясь на мелкие части, открыла уставшее лицо адепта. Неужели его воспаленное сознание его подвело, жестоко над ним посмеявшись?

    Но нет. Яшмовый щит невиданной прочности все еще окружал Якса. Помутненный разум не мог в это поверить, но глаза явно видели перед собой знакомый силуэт. Незнакомая одежда лишь подчеркивала статную фигуру. Нет, тут не может быть сомнений. Обессиленный Якса встает на колено перед своим Богом.
    - Господин... я... - адепт прерывается, шипя от боли в боку. Раны нанесенные исчадиями Бездны самые опасные, всегда доставляют проблем. Обычно Сяо легко от такого уворачивался благодаря своей скорости. Но не сегодня. Сегодня он оплошал прямо на глазах архонта. В голове все еще не укладывалось его присутствие тут. Он же умер. Упал с неба прямо на глазах адепта. К глазам подступали слёзы, о существовании которых Сяо и не помнил.
    - Господин, почему? - тихо выдавил из себя Сяо, склонив голову.

    +2

    5

    Он вспарывал когда-то землю мечом и копьем, прокладывая путь сквозь войну архонтов к обладанию силой большей, чем была тогда. Он мстил каждому падшему в пылу сражений, преисполненный яростью и скорбью за смерть лучшей среди них. Он, ослепленной яростью битв, стал одним из семерых. Тогда сама суть войны ощущалась победой и утратой, но правильно, казалось, так правильно заботиться о безопасности своего народа, о безопасности шедших на ним через боль и страх к лучшей жизни. Теперь копье ложиться тяжким грузом в руку, и Моракс смотрит вперед с обреченностью. Маги бездны проникают везде, и пусть он сложил полномочия, таков порядок.

    Он качает головой и обрушивает на врагов гнев Камня.

    И это так знакомо, так легко, как когда-то много веков назад. Если закрыть глаза, то он почти слышит тяжелое дыхание Бонанаса, стоны Босациус, ругательства Индариаса… Но только воздух, что распарывается копьем Алатуса, есть здесь. И больше никого из них рядом. Только они вдвоем.

    Он идет на них, сдавливая их щиты своим, концентрируя гео-энергию в себе, вызывая взрыв его стихии. С этим можно покончить быстрее. С этим нужно покончить быстрее. И он поможет адепту в исполнении долга.

    В самом начале Моракс всегда стремился к знаниям, и, пропуская через себя, передавал своим людям. Вместе с Гуй Чжун, а после совершенно один он пытался облегчить недолгий век своих смертных, возносящим ему молитвы. Это был контракт, работающий в обе стороны. Но люди слишком смертны. Но людям нужна защита. Так появляются Яксы.

    Моракс мягко улыбается, когда Сяо преклоняет колено и обессиленно опускает голову. Заключенный контракт исполняется и по сей день, несмотря на едкость кармы и одиночество, юный Якса со всей серьезностью и преданностью относится к своему долгу. И спустя столько лет все еще остается главной константой в переменчивом движении времени.

    Его рука ложится на голову, и пальцы мягко ерошат волосы, даруя успокоение. Разве он заслужил такую преданность и поклонение после того, как перестал быть главной опорой Ли Юэ? Им придется двигаться дальше, и он готов объяснить это даже не взирая на критику его суждений и решений.

    Поддавшись легкой сентиментальности, Моракс сам опускается на одно колено перед Сяо, оглядывая его, и аккуратно кладет ладони на плечи. Раны скоро пройдут, но все же он видит в глазах адепта отголоски боли и страданий, что всегда сжирают душу, оглушают даже в пылу сражений.

    - Давай прежде позаботимся о тебе, - он чуть склоняет голову, сжимая пальцами плечи. – Совершенно неслучайно у меня с собой нужное лекарство. Определенно стоит облегчить для тебя этот вечер.

    Сколько бы не прошло времени, но невозможно подобрать действительно точный рецепт, чтобы полностью убрать эффект кармы. К сожалению даже самих архонтов в мире всегда должен быть баланс и гармония. Хоть и в этом он до конца не может согласиться с Баал – ему импонировали вещи, нарушающий принцип вечности, обтекающей острова Инадзумы.

    - И, - Моракс встает, подталкивая Сяо за плечи вверх, задумчиво смотрит в сторону, а после переводит взгляд снова на адепта. – Давай условимся, что некоторые традиции стоит нарушать. Например, эту. Все же не должен адепт преклонять колено перед простым консультантом похоронного бюро.

    Моракс лукаво улыбается, достав из кармана нужную склянку, и передает ее в руки Сяо. Он может еще с сотню лет оттягивать неприятный разговор, но начало уже положено. Они уже здесь перед долгой дорогой к пониманию, и только от него зависит как объяснить юному адепту то, что он сам осознал спустя тысячи лет. Вопрос все еще в правильных словах, и пусть это его воля.

    +2

    6

    Как-то неожиданно всё это. Слишком много всего свалилось на голову адепта, что он все еще не может поверить в происходящее здесь и сейчас. Это странное легкое чувство эйфории от сражения рядом с мастером, свист копий, разрубающих воздух и нечестивых тварей, чувство полета, туманящее воспаленный кармой разум. Сяо уже так давно не летал в окружении янтарного сияния. Того, за которое смертные прозвали его Златокрылым в те далекие годы, когда бой еще мог приносить радость. От ощущения близости со своими братьями по оружию. Меногиас вечно недовольно что-то ворчал, Бонанас подначивала ворчуна острыми шутками, Индариас ругалась на обоих, а Босациус, как старший из них, пытался всех утихомирить. Такое вдвойне шумное поле боя и все живы, все вместе...

    Первой не выдержала тяжести кармы пылающая душа Индариас - сгорела дотла в агонии помутневшего рассудка, выжгла себя изнутри. Её предсмертный крик всё еще преследовал Сяо. В тот день якса осознали всю тяжесть их контракта. Боль умершей подруги поселилась в душах нисколько не облегчая страданий, возможно только делая все хуже и хуже. Даже беззлобные шутки Бонанас оказались опасны настолько, что Меногиас не выдержал и драка между двумя яксами закончилась смертями обоих и когда Сяо и Босациус прибыли на место поединка - им осталось лишь увидеть рассыпающиеся в прах тела друзей. После этого пропал Босациус. Гибель стольких якса вокруг подбила его сочувствующую душу. Ушел в горы и не вернулся оттуда. Один лишь Алатус остался. Один на один с горем, болью и бесконечным боем за людей Ли Юэ и за свою жизнь. Если он уйдет, то кто будет защищать гавань?

    На голову легла тяжелая ладонь. Пальцы легко ерошили жесткие волосы, словно пытаясь отогнать лишние мысли, отвлечь адепта от самокопаний, которых в его жизни предостаточно. Сяо поднимает голову, невольно потянувшись за ладонью мастера, приоткрыл глаза и с удивлением обнаружил как тот сидит напротив, смотря глаза в глаза и уже слегка сжимая плечи адепта.

    Позаботиться... о нём...? Зачем? Для чего это ему нужно? Сяо оказалось легко смутить. О нём обычно никто не заботится, он давно привык все делать самостоятельно, подальше от чужих глаз. Но разве тут уйдешь? Как сбежать из крепких рук Бога? Отказать тут тоже невозможно.

    Его руки слегка касаются, предлагая встать и Сяо покорно поднимается следом, привычно задирая голову вверх. Мастер всегда был высоким, возвышался над своими подчиненными, словно ориентир на их пути. Яксе же с ростом совершенно не повезло, даже среди Великой Пятерки он был самым низким, что долго было поводом для шуток. Вот и сейчас Сяо, едва достающий даже до плеча мастера, удивленно смотрит вверх, пытаясь осознать сказанные архонтом слова.
    - Простите, Господин, я не совсем понимаю Ваши слова. Консультантом похоронного бюро? - адепт запнулся, пытаясь хоть как-то подобрать слова, но голова все еще совершенно не собиралась осознавать ситуацию, - Господин.. но как? Вы же умерли, я своими глазами видел Ваше тело! - сконфуженно бегая взглядом по незнакомому костюму, адепт делает небольшой шаг назад и вновь смотрит в янтарные глаза, не понимая что за странная и такая довольная улыбка на лице его Господина. - И.. И про церемонию вознесения я слышал. - В его руках внезапно оказывается маленький бутылёк со знакомого цвета жидкостью. Адепт смущенно смотрит на склянку, затем на архонта, потом вновь на бутылочку и окончательно признает свое поражение в попытках понять что тут вообще творится.

    - Г-Господин, не стоило... - Сяо сконфуженно вертит в руках склянку с лекарством, которое могло ненадолго облегчить приступы кармической боли. Тихий вздох, адепт мотает головой и с благодарностью смотрит в янтарные глаза своего мастера. - Спасибо. Я очень ценю Вашу поддержку и помощь. - вновь почтительный наклон головы. Дрожащие пальцы откупоривают склянку и лекарство оказывается внутри. Все еще такое же отвратительное и такое же временное. Жаль, что оно не появилось раньше. Может, тогда бы они остались живы. Сяо вновь мотает головой. Нельзя думать, иначе не подействует.

    Отредактировано Xiao (2022-06-02 18:38:06)

    +2

    7

    Даже спустя столько лет, столько сотен лет, тысяч, он смотрит на Сяо сквозь призму первого взгляда в обители побежденного им архонта. Скрытого от глаз, заточенного в этой самой обители одинокий юноша, наделенный силой богов. И вместо свободы Алатус избрал искупить свои поступки, даже если его направляла воля архонта, а не собственная. Нет вины, есть только боль, возрастающая от ощущения безграничности жизни. Выбор, непросто выбрать что-то самому, когда уже не помнишь какого это. Взять ответственность за собственный выбор лишь однажды, чтобы предложить контракт и получить новое имя.

    Сяо.

    Даже спустя столько лет Моракс видит в нем все ту же отрешенность, но сдобренную достаточным количеством любопытства, прикрытого совершенно другими эмоциями. Он видит в нем непонимание, видит робость познания, видит так много, но знает, что не желает такой судьбы и для него. Ведь нет ничего горше, чем перевернутое извращённое чувство завершения. Отречение от долга может дать больше боли. Хотел бы он быть правым и в этом.

    Даже спустя столько лет, он помнит то чувство - ведущее его вперед. Будь то война, затянувшаяся чертова война, выжженная на подкорке его мозга, выцветшая кровавым рисунком на сетчатке глаз, Моракс шел сквозь нее ради силы, ради блага его народа, верившим в него, вверившим ему себя. Будь то переселение из разрушенного почти до основания Гуйли и устроение нового места, Гавани - это всегда забота о людях. Он не хочет верить, что где-то все же лукавит самому себе, возможно когда-то обманывался, но Гуй Чжун навсегда осталась для него мерилом правильности выбора. И теперь он является этим мерилом. Так будет ли понят его уход?

    Даже спустя столько лет жизни среди людей, он не осознает себя в полной мере человеком, вот только встречи с адептами открывают ему истину - для них мир людей закрыт, еще не понят, не осознан. И чувства, что таятся внутри даже этих душ также мечутся, как крылья бабочек, борющихся с порывами ветров.

    - Я думаю, что стоит пройтись этим дивным вечером, - Чжун Ли чуть склоняет голову и задумчиво потирает пальцами подбородок. - Я постараюсь ответить на все твои вопросы, юный Якса. Но этот будет длинная история, чтобы восполнить и для тебя пробелы в понимании произошедшего.

    “И я надеюсь, что это не пошатнет твоего восприятия мира еще сильнее” слова застревают на корне языка, растворяясь в слюне, сглатываются внутрь, лишь бы в действительности не дать им волю.

    Он двигается медленно, своим прогулочным шагом, ощущая как сила впитывается в него, а часть распадается вокруг золотыми искрами. Подошва скребется о камень тропы, и он бессознательно ведет их в сторону Ваншу, держа путь не на людную Гавань, где под светом фонарей и фейерверков расцветают улыбки у жителей. Он двигается в сторону пристанища самого Сяо, будто ведя их обоих в большую безопасность, но не уводя к каменному столу, где Хранитель могла бы нарушить их уединения своими комментариями.

    - Шесть тысяч лет - это долгий срок, не находишь? - Чжун Ли поворачивается к адепту, чуть улыбаясь, закладывая руки за спину. - Все в этом мире имеет конец, даже если изначально ощущается бессмертным и долговечным. Бесконечным, как жизнь архонта, например.

    Он щурится, тихо хмыкая, вспоминая насколько бессмертными казались архонты, но сколько их полегло под градом копий и стрел, под меткими ударами мечей. И все они заточены навеки, а силы их бесплотной массой кармы ложатся на плечи Яксы.

    - Но я уже ощущаю, как время неумолимо приближает и мой конец, Сяо, - он мягко кладет руку на плечо, сжимая пальцами, приостанавливая его от поспешных слов. - Тем более разве жители Ли Юэ не смогли позаботиться о себе? Смотри на них, - он окидывает взглядом бегущую девочку, указывающую пальцем в небо. - … они достаточно сильны духом, чтобы встать на пути зла плечом к плечу с адептами. Но и достаточно беззаботны во время отдыха.

    Он отвлекается, останавливаясь, всматриваясь в то, как девочка подбегает к мужчине, видимо ее отцу, хватает его за руку и тащит, смеясь вперед. В его глазах лишь на мгновение вспыхивает янтарный свет, и Моракс вновь берет себя в руки.

    - Ах да, столько вопросов. Но нам нужно разобраться со всем по порядку, - он чуть хлопает в ладони, усмехаясь, давая небольшой отсчет своим объяснениям. - Для того, чтобы оставить пост архонта мне нужно было всего лишь убедиться, что вы справитесь с этой ответственностью, убережете жителей и найдете общий язык с ними. Не то, чтобы я планировал своих помощников, но некоторые переменные оказались занятными.

    Чжун Ли с удовольствием вспоминает о появлении Путешественника. Это единственная переменная, что он не предвидел до конца. Предположения, расчеты, но не полная абсолютная уверенность, что лишь добавляла немного азарта в его красивую завершающую историю, высеченную на камне.

    +1

    8

    Эта странная тяга Господина к простым смертным. Такая удивительная и простая. Что такого он нашел в этих вечно спешащих и так мало живущих созданиях. Почему люди вообще так кратки на жизнь? Так много вопросов, углубляться в которые не особо-то и хотелось, но иных вариантов понять эту странную жизнь Сяо и не видел. Он уже много лет прожил на этой земле, много разных дел натворил и теперь искупляет свои грехи и еще вечность впереди. Он сам себя наказал нести это бремя. За все то, что он натворил за многие годы издевательств над этими самыми людьми. Скольких он убил? Сколько снов он пожрал? Неважно, это все в прошлом. Теперь он верен лишь своему богу, вслед за которым идет по пустынным островам, образовавшимся на месте древней битвы. Сколько тут богов погребено кроме Осиала? С ним ли лежит его подруга Пешт? Насчет последней действительно много вопросов, в последнее время воды слишком неспокойны и ощущается в них напряжение, наполненное энергией древнего архонта. Осиалу, придавленному дворцом Нин Гуан, такое не под силу, а вот его жёнушка на такое вполне способна. Неужели тот удар о водную гладь потревожил её долгий траурный сон? Стоит понаблюдать за этим местом и если его мысли верны, так любимое Мораксом человечество вновь в большой опасности и в этот раз адепты не придут на помощь. Таков договор между ними и Цисин.

    Под ногами другой берег. Моракс идет вперед, любуясь пейзажами окружающего мира, а Сяо семенит за ним, едва успевая за широким шагом своего Господина. Впереди была рыбацкая деревушка и теперь адепт был уверен, что они движутся в сторону постоялого двора. Оно и к лучшему. Странное место, появившееся вокруг древнего дерева на Тросниковых островах. Некогда в этих местах были страшные бои и Сяо до сих пор большую часть времени проводил именно там. Так почему же люди решили построить гостиницу в таком месте? Как-то адепт задал вопрос дружелюбной хозяйке, не страшно ли ей в месте, вокруг которого постоянно шастают монстры? Не страшно ли ей приютить у себя того, кто приносит лишь зло? Верр Голдет тогда лишь посмеялась, отвечая про удачное расположение между Монштадтом, откуда родом она и Ли Юэ, откуда родом её муж. Люди все-таки невероятно странные. Но на крыше сидеть так приятно. И повар готовит вкусно.

    Из размышлений о миндальном тофу и жареной рыбе-тигре вывел вопрос Моракса о долготе его жизни. Тот прожил действительно долгую жизнь, в разы превышающую жизнь Сяо. Божественный век долог, пусть и не бесконечен. Тело имело свойство умирать, и именно это видел адепт во время той многовековой войны. Сейчас же долгой жизни ничего не угрожает, отчего Сяо лишь испуганно посмотрел на своего Господина, лишь успев открыть рот, как его плечо вновь легла сильная рука и адепт лишь покорно замолчал, совершенно не понимая таких слов Моракса. Он вновь напомнил о бое с Осиалом. Неужели он видел то сражение? Но где был сам? Почему тогда не пришел на помощь к столь дорогим его сердцу людям?

    - Господин, почему вы тогда не появились? Вы так говорите о своей любви к людям, а когда Ваш старый враг вновь пришел в этот мир, Вы... Просто смотрели со стороны? Простите, я не понимаю...

    Моракс же улыбается и хлопает в ладоши, говоря свою точку зрения, а Сяо все еще ничего не понимая, зарывается пальцами в свои волосы, провожая взглядом людей, на которых до этого остановил внимание архонт и тихо вздохнул. Переменные. Помощники. Адепты? Цисин? Или скорее этот юноша с горящими глазами и такой сильной душой, что смогла выдержать благословения каждого из адептов.

    - Переменная это Итэр? Его появления в том бою точно никто не ожидал. Он просто прибежал, раненный, будто только после сложного боя, но вновь готовый сражаться. За незнакомых людей против древнего божества. Странный парень с не в меру болтливой феей. - Сяо тихо хмыкает, все еще удивляясь этому путешественнику с длинной косой цвета пшеницы, тому как легко он двигался с мечом в руках, как он использовал в бою и ветер и камень. Удивительно.

    Заметив под ногами кирпич со знакомым орнаментом адепт остановился, поднимая глаза. Перед ним были руины древнего поселения. Богатого, красивого. Так хорошо ему знакомого. И тепло и боль вызывал этот пейзаж. Болота давно сошли с этих земель, уничтоженных страшным наводнением, но былого величия больше тут не было. Как и той, которая это любила это место все ту живущих - людей, адептов, якса. Теперь тут только молчащие руины, напоминающие о былом богатстве Ассамблеи Гуйли.

    Сяо вновь тупит взгляд, смотря под ноги.

    +1

    9

    Они останавливаются на окраине долины Гуйли, и Моракс прикрывает глаза на секунды, чувствуя как время шелестит страницами истории, как откликаются воспоминания, запертые в его голове, высеченные на каждом камне этих полузабытых руин для всех, кроме них, живущих тысячи лет, сотни лет, проживших дольше, чем Ассамблея Гуйли.

    Он слышит так много, чувствует ароматы глазурных лилий, так напоминающих о ней. Он слышит так много, сквозь мягкий смех ее крики людей. Каждый клочок этой земли, каждый камень, каждый остов и фундамент этих руин пропитан ею. Он сам, стоящий перед своей непогрешимой памятью, перед своим прошлым пропитан ею. Ее мягкостью, ее добротой, ее мудростью, ее силой. Журчание ее речей, лучистый взгляд из-за веера, задумчивое пение, искренний интерес к механизмам.

    Он чувствует так много, спустя столько лет, спустя столько жизней, он чувствует так много. И даже с этой болью потери и ярости он не забудет никогда, не омрачит воспоминания о…

    Гуй Чжун.

    Со временем боль притупляется, утопленная в крови архонтов, в борьбе за власть и силу. Со временем ярость отступает, смягченная мудростью и ответственностью за их людей. Иногда одиночество гнетет, но Моракс знает, что это переменчивая субстанция, отголосок тоски по прошлому.

    Он знает, что Сяо стоит рядом. Молчание их затягивается, и Моракс медленно двигается дальше, скользя по их истории вперед.

    Он знает, что в этот день, в этот праздник сейчас принято вспоминать об ушедших, отпуская фонарь в небо. Эта традиция, устоявшаяся не так давно, слегка стертая от времени, словно надписи, созданные на каменных круглых печатях. Как истории о Мораксе и первой море, как битвы с Осиалом и Аждахой, все это давно пересказанные истории, подробности которых осыпаются пылью времени и трухой истины. Человеческие языки давно стерли все, что было правдой, исказив истории так, как им нравилось. И Моракс смирился, понимая, что так лучше. Порой истина жестока, некрасива, отдается болью в самой сути существования - в сердце.

    - Когда-то нам казалось, что Ассамблея будет вечна. Что долина лучшее место для лучшей жизни. Теперь же нам остается с тобой только довольствоваться воспоминаниями о Гуй Чжун. И жизни, оставленной за пределами, что нам не достичь. Прошлое всегда будет прошлым, - он медленно идет, всматриваясь в окружающие руины, ощущая как в его памяти восстают стены, как меняется местность, как заполняется Ассамблея.

    Моракс скорее проговаривает это для себя, чем делится этим с Сяо. Чуть приподнимает брови, проводит пальцами, затянутыми в перчатки, по ближайшему камню, запирая здесь ту часть себя, что горевала по подруге.

    - Нет ничего более вечного, чем время. Все остальное всего лишь пыль, уже оставшаяся после или все еще будущая. Время - главная сила в мире, с которой стоит считаться. Даже камень не сможет устоять перед этой силой, особенно после воды.

    Он умалчивает сейчас о том, что время уже неумолимо трудиться над ним самим. Он ощущает пока легкое, пока постепенное и отдаленное, но чувствует это уже. Эрозия, что давно сломила сопротивление Аждахи, теперь нагоняет и его. Всего лишь время, но сколько его осталось прежде, чем падет последний камень, оставляя лишь круги на воде пространства?

    Моракс идет вперед, уже не оглядываясь, захлопывая все воспоминания в сундук, пряча его как сокровища на самом дне, запечатывая глубоко внутри. Сейчас не время и не место, долина Гуйли пройдена почти до конца и древо высится уже не зыбким туманом, а близкой целью их пути.

    - На все вопросы, что ты озвучил или те, что еще только озвучишь я дам ответы, - он мягко улыбается, останавливаясь возле дозорной башни и старого устройства. - И прогулка по воспоминаниям - это не тот путь, что я планировал для нас. Но это неизбежность, с которой мы столкнулись. Немного чая поможет нам смыть горечь, чтобы смягчить послевкусие прогулки. И тогда, я думаю, я смогу посвятить тебя в столь непонятную для тебя ситуацию. Надеюсь, ты составишь мне компанию до гостиницы, где мы сможем отведать не только чаю, но и легкие закуски.

    Возможно это не совсем правильно манипулировать и оттягивать сложные решения, но Моракс уже стоит на этой дороге, так какая разница с какой скоростью он перейдет этот мост? Неизбежное всегда настигает, даже если пытаться сбежать. Он встретить это с достоинством, только чуть-чуть позже. Желательно сытым и с пиалой чая, нежели в пыли воспоминаний о былом и соли мыслей о грядущем.

    Отредактировано Zhongli (2022-02-23 01:02:41)

    +1

    10

    Дальнейшее путешествие погрузилось в тишину. Сяо шёл потупив взгляд в землю, его Господин рассматривал окружающие его руины. Ведь это было совсем недавно? Дни, когда они могли прогуливаться по живым улочкам богатой ассамблеи среди счастливых людей, занятых механикой да земледелием. Некогда тут была плодородная почва, цвели сады, и дремать в тени деревьев между боями было сущим удовольствием. А теперь ни садов, ни скамейки, только пара древних стен, некогда бывших частью грандиозного дворца.

    Сяо прекрасно помнил свой первый день в этом месте - без сил, уставший и больной бывший раб бредет следом за своим новым господином, все еще не до конца осознавая, что этот контракт будет совершенно не похож на предыдущий. Вздрагивая от тяжелых шагов Моракса и едва слышимого перезвона остатков цепей, сковывавших его запястья, щиколотки и шею, он молча семенил следом за архонтом. Снимать кандалы самостоятельно Господин не стал. Сейчас Сяо понимал, что это было просто опасно и Моракс не хотел лишний раз навредить и без того еле живому адепту, но тогда он думал что это так и должно быть, ведь он не мог быть свободным за все совершенное. Едва перебирая ногами, он остановился перед беседкой, которую заливал яркий свет солнца. Стоило юноше поднять взгляд, как захотелось вновь зажмуриться от яркого света - то ли это были лучи небесного светила, отражающиеся от белых стен, то ли тот неземной свет исходил от вышедшей им навстречу богини. От мыслей о той встрече все еще захватывало дух - окутанная теплым светом, словно сама сотканная из него прекрасная дева поспешно отложила свиток и невесомыми быстрыми шагами оказалась рядом. Осмотрела бегло господина, тут же перевела взгляд на адепта позади, и Моракс даже не успел о нём и слова сказать, как божественное создание, словно облако пыли, окутала Сяо, обеспокоенно осматривая юношу, который уже было решил что умирает, ведь не может по этому злому миру ходить кто-то настолько неземной. Её взгляд навечно останется в его памяти - наполненный светом, мудростью и теплом.

    Она сняла с него кандалы, окружила заботой, дала ощутить незнакомое ранее Сяо чувство - любовь. Как мог быть он, грешное создание, достоин той нежности и доброты от этой прекрасной богини? Адепт все еще не понимал, но знал что такова была суть и природа мудрой и всезнающей Гуй Чжун - женщины невероятного ума и знаний, что сам Моракс преклонялся перед ней. Сяо же был рад и просто находиться рядом с богиней, познать теплоту её объятий, выгравировать на подкорке мозга запах её волос, мягкость рук, треплющих непослушные волосы адепта, запомнить её нежный голос, постоянно о чем-то говорящий с посетителями и другими адептами. Как эта неземная женщина была столь подкована во всем? Одной Селестии известно.

    Глаза предательски жгло. Утирая рукой непрошенную влагу адепт тихо выдохнул. Почему именно сейчас? Он же столько раз уже был в этих развалинах, столько раз вспоминал о днях прошедших тут - недолгих, но счастливых. Почему же именно сейчас эти воспоминания отдаются в груди с такой болью? Потому что Господин тут? Потому что и его воспоминания сейчас висят тут, в этой немой тишине, что сохранялась между ними весь путь среди руин дорогого обоим места? Судя по словам Моракса, чувствовал он то же самое, что и его покорный ученик.

    Сяо промолчал, давая монологу Господина спокойно пронестись по затихшей долине. Время. Иронично, но Архонта Времени уже давно никто не видел. Так почему же время все еще течет без изменений? Почему оно все так же нещадно проносится по памяти, стирая все хорошее из воспоминаний, но при этом давая в полной мере насладиться всеми кошмарами, что злая память так любит возвращать? Почему оно столь нещадно к лучшим? Насколько лучше мог быть мир, будь Гуй Чжун тут, среди людей, которых она так любила... Неужели именно от неё любовь передалась и его Господину?

    Бессилие и боль сковывали сердце адепта. В тот день он ничего не смог сделать, не смог спасти ту, которую так любил, даже свершившееся правосудие не дало облегчение, лишь злоба обострилась, а тяжкая карма вскоре легла на плечи Сяо. Он был уверен, что все началось именно с того дня, с поверженного Осиала, с его жены Пешт - её злобных проклятий в сторону адептов и Моракса, которые она говорила с торжеством на лице. Липкий ужас того дня окутывал прокаженное сознание, каждое проклятие ударом в барабан глушило современность и тело сковывало холодом. Адепт обхватил свои плечи руками, пытаясь совладать с подступающим кошмаром.

    Лилия. Голубая звезда с тонким ароматом выглядывала из-за остатков древней колонны. Сяо удивленно посмотрел на этот цветок, качающийся на ветру и перед глазами вновь образ укрытый светом и вновь будто серебряная прядь волной спадает по плечу юноши. Облако пыли, поднятое ветром, в котором на секунду больной разум увидел знакомый силуэт и нежную улыбку.

    Сяо выдыхает, чувствуя, как холод отступает под легким теплым бризом со стороны отмели Яогуан. Адепт поднимает глаза и видит перед собой сторожевую башню и совсем рядом был постоялый двор.  Вновь спокойный голос господина убеждал Сяо в том что каждый его вопрос найдет свой ответ, лишь стоит подкрепиться да выпить чаю. В этом был весь его Господин - чайник чая и долгий разговор за небольшой церемонией.

    - Конечно, Господин, буду рад Вашей компании. - Адепт почтительно кивает головой и сворачивает на привычную тропу к гостинице. Там часто бывали гости и в ночное время, так что переживать за заказ не стоит, как и за лишние уши. Хозяйка всегда была внимательна к своему необычному постояльцу, давая ему побыть одному. Вот и сейчас стоило только подняться на оживленную террасу, как к нему подошла одна из служащих на дворе, дежурящая в эту ночь.

    - Молодой Господин, Хозяйка просила передать, что сегодня на террасах, к сожалению, многолюдно из-за праздника, но для Вашего спокойствия, на верхний уровень никого не пускали, так что там Вы можете спокойно отдохнуть. - Девушка кивнула головой и дальше уже скорее по привычке продолжила: - Вам что-то будет нужно?
    - Да... - Сяо подумал как сформулировать мысль, а работница удивленно на него посмотрела, словно на призрака, ведь странный юноша даже не отвечал обычно. Адепт собрался с мыслями. - Можете наверх принести чай. Пожалуйста. - Сяо чуть нахмурился, складывая руки на груди и привычно делая несколько шагов назад, дабы не навредить простому человеку. Обычно он или молчал, или хмыкал или ворчал что людям к нему вообще не надо приближаться, но сейчас рядом с ним был Господин, а тот уже не единожды напоминал о вежливости к людям. Чуть скосив взгляд на архонта, Сяо недовольно выдохнул, слегка махнув рукой.

    - Господин, выбор чая оставляю Вам, я в нём нисколько не понимаю.

    Останется лишь подняться на вершину дерева, на небольшой балкон, который чаще всего принадлежал только Сяо - Верр Голдет редко пускала туда постояльцев. Только если была абсолютно уверена в том, что адепта нет в гостинице.

    Отредактировано Xiao (2022-03-21 23:56:37)

    +1

    11

    С балкона прекрасный вид на простирающийся перед ними Ли Юэ, раскрывающий свои зовущие объятия его взору, и даже в окутывающих сумерках, мягко опускающимся на долину, в легком тумане, стелющимся по глади воды, он видит всполохи огней, появляющихся то тут то там, словно случайные светлячки, огни озаряют землю.

    Не найдется ли у вас листьев Серебрянные Иглы с горы Бессмертных? - Чжун Ли мягко улыбается, чуть вопросительно выгибая брови. - И раз уж выбор падает на этот сорт, то следует также разнообразить стол и легкими закусками. Насколько я помню, ваш повар прекрасно справляется с миндальным тофу, что по вкусу моему другу. И, учитывая нашу прошлую встречу с уважаемым Янь Сяо, я закажу также свиной суп с бамбуком. Главное, чтобы он придерживался тех замечаний, что я высказал тогда. Благодарю за вашу помощь.

    Мягкий цветочный аромат чая, настаивающегося в чайнике, сменяется более тонким и дымно-влажным, и тонкие почки раскрываются, отдавая вкус напитку. Приподняв пиалу, заполненную напитком, Чжун Ли вдыхает глубоко, прикрывая глаза, а после отпивая почти половину, прокатывая вкус на языке, смакуя послевкусие, и только после, проглотив, смотрит Сяо в глаза.

    - Эта история начинается задолго до произошедших событий, - он чуть сжимает пальцами пиалу, но опускает ее и ставит, задумчиво склоняя голову. Взгляд больше не блуждает по лицу адепта, а цепляется за негаснущие огоньки в тумане реки. - Я попытаюсь изложить ее кратко, но очевидно это не является моей сильной стороной. Как оказалось, я изучил людей за свою жизнь достаточно хорошо, чтобы увидеть их потенциал. Вот только последствия моих решений, к сожалению, затронули слишком многих.

    Горечь першит в горле, но он проглатывает ее также скоро, смачивает его слюной и чаем, лишь бы не позволить ей стянуть голосовые связки. Чжун Ли чуть хмуриться, не позволяя себе зацепиться, споткнуться о мысли об этих самых последствиях. Всего лишь пешка в общей партии, но ценная и желанная. Глупый архонт!

    Чжун Ли наблюдает, как удаляется корабль от пристани, превращаясь медленно в темную точку на горизонте, а после скрываясь за ним, унося с собой слишком многое. Они так и не поговорили, они так и расстались на некрасивой ноте, незавершенном произведении, не дали выхода эмоциям, скопившимся словно грозовое облако в Инадзуме. Всего лишь человек, повстречавшийся на пути. Всего лишь человек, коснувшийся бездны. Всего лишь человек, увозивший с собой не сердце архонта, а сердце Чжун Ли.

    - Я слишком долго жил только заботой о Ли Юэ, не замечая очевидного: эпоха архонтов давно пройденный этап. Возможно мой друг понял это сразу, отказавшись от опеки, покинув Мондштадт. Возможно когда-то именно Барбатос сделал из нас семерых самое мудрое решение, но правда такова как есть. Признаться, я ощутил это не сразу. Но эта мысль крепла, засев глубоко. И позже обернулась той самой партией, частью которой стал и ты. И я прошу прощение за обман, Сяо.

    Чжун Ли мягко смотрит в лицо Яксы. У них никогда не складывалось теплых отношений, ведь теплоту всегда дарил не он. Она была той, что связывала все воедино. Она являлась самим сердцем ЛиЮэ, даже когда давно обратилась в пыль, растворившись на его руках. У них никогда не складывалось доверительных отношений, ведь контракт не об этом. И только сейчас, словно прозрев, Чжун Ли осознает как много он потерял, оставаясь всего лишь архонтом, не проживая свою жизнь как человек.

    Шум набережной нарастает и отступает от него, словно волны накатывают на берег. Он меряет шагами знакомые улицы, проходясь среди людей неузнанным, сменив свое обличие в который раз за долгую жизнь. Быть в тени своего творения, быть среди своих людей всегда трепетно, рассматривая их жизнь и то, как его влияние на традиции тесно переплелись с их мыслями и укладом. Любопытство всегда влечет его сюда, и он идет, вслушиваясь в гомон голосов, когда отчетливые слова раздаются рядом. “Ты выполнил свою работу, можешь отдохнуть”. Моракс останавливается, пробуя эту фразу, ввинтившуюсь в его голову остро и едко, словно отравленная стрела. Он пробует ее, крутя снова и снова, и слова находят свой путь.
    А он выполнил свою работу? Разве за шесть тысяч лет его работа не исполнена? Разве ему не пора отдохнуть?

    - Я думаю, что если люди перестанут оглядываться на архонта, перестанут ожидать помощи, то сделают большой рывок вперед. Тем более контракты адептов все еще в силе. Цисин и вы нашли общий язык. Как я и думал, общий враг всегда лучшее средство для сплочения. Всего лишь проба пера, чтобы увидеть воочию приход нового времени в гавань. Моя смерть всего лишь открыла дорогу новой истории. Завершение моих обязанностей всего лишь начало пути для многих. Тем более Нин Гуан. Я возлагаю на нее большие надежды. Только ответственный лидер может положить на дно столь многое и столь главное.

    Чжун Ли улыбается, снова разливая чай. Этот бой он видел издали и мог в любой момент прийти на помощь, если бы Осиал позволил себе большее. Как и тогда, так и сейчас Моракс был готов снова упокоить его на дне. Вот только люди и адепты справились так, как он и предполагал. Разве это не повод для гордости?

    - Конечно, сначала эта была только мысль. Но предложение другого архонта позволило родиться плану, подобно партии в шахматах. Лишь опытный гроссмейстер может разменивать фигуры, стремясь к единственно верному эндшпилю. Я не имею права разглашать мой последний контракт, но он обоюдно выгодный что для меня, что для другого архонта. Жизнь Ли Юэ с моим уходом будет только лучше, вот увидишь. И тебя, юный Якса, я попрошу всего лишь приглядеть за людьми. Порой они бывают беспечны.

    Он слегка сдвигает на столике ближе к себе миску с супом, беря палочки в руку.

    - Как тебе вкус чая?

    +2

    12

    Подниматься по лестнице утомительно. Кто в здравом уме строит гостиницу так, что постояльцам приходится тратить силы на то, чтобы просто подняться? Даже с учетом специального подъемника людям приходится затрачивать энергию и силы. Это он просто появляется где хочет, а тут иди и иди, трать время, чтобы отдохнуть и опять потратить время, но уже на спуск.
    Как бессмысленно все-таки человеческое существование - вечно куда-то торопятся и чего-то пытаются достичь в этом безумном хаосе, не забывая усложнять при этом жизнь. Мир дал им чувство голода и растущие вокруг растения, а они придумали тысячу и одну комбинацию как это сочетать и при этом придумывают рецепты все сложнее в сборке и дольше в приготовлении. Мир дал им жажду, а вместо простой воды, которой так много, что всю разом и не выпьешь, а они придумывают кидать в эту воду растения, чтобы делать из нее все ту же воду, но с каким-то другим вкусом. И ладно просто со вкусом, так вокруг некоторых видов придумали целые церемонии, которые так же занимают невероятное количество часов. Им так мало отведено жизни, а они забивают данное им время кучей бесполезных и непонятных занятий.
    Люди одна сплошная загадка.
    Но смотреть так удивленно на адепта все же совершенно необязательно! И неважно то, что он пешком поднимается. Неважно что с кем-то идет. Идет и идет, чего так смотреть-то в спину!? 

    Сяо тихо вздыхает, садясь на циновку перед господином, разливающим чай с мудреным названием. Серебряные иглы с горы Бессмертных? Адепт внимательно смотрит на плавающую траву в его пиале и пытается понять почему они серебряные, если они зеленые? Почему они иглы, если они скорее похожи на гороховые стручки? К тому же они слишком толстые и мягкие, когда как настоящей иглой запросто можно убить кого угодно. И с какой горы Бессмертных, если такой горы точно нет в Ли Юэ, а в Заоблачном пределе чай не выращивают как минимум потому что это неуважительно по отношению к живущим тут адептам? Сяо сконфуженно оглядывает чай, чайник, а потом довольного напитком архонта. Подносит пиалу ближе, принюхиваясь к сладковатому аромату - словно ночью после дождя идешь по цветущей поляне - тонкий, невесомый и легкий запах. Но ведь среди зеленой травы в чайнике нет цветов? Почему он тогда так пахнет? Адепт непонимающе уставился в прозрачную жидкость, еще раз понюхал её и сделал небольшой глоток. Странно, но ничего цветочного тут не было, зато внезапно ощущался легкий кислый привкус ягод... И мяты..? Что за безобразие..? Сяо делает еще один глоток и смотрит на своего господина, рассуждавшего о правильности его выбора, кто оказался самым умным среди архонтов и какие умные и самостоятельные на самом деле люди.

    - Его опыт вступления в обязанности архонта все же отличен от Вашего, господин. Вы всегда были сильны и до сих пор Вы  - Высший среди адептов, когда как Барбатос был просто духом ветра, таким же, как тысячи других таких. Он сделал всё, о чем его молили и не зная что делать дальше решил пустить всё на самотёк.  - Сяо пожимает плечами, поставив пустую пиалу и взяв в руки тарелку с миндальным тофу. Таким мягким, нежным.. похожим на сны. Он сам никогда не знал что такое сон. Мог дремать, но это просто был легкий отдых, не несущий с собой ничего. Он не видел снов, которые так любят обсуждать люди и представляет что это такое просто потому что неоднократно путешествовал по ним, дабы передать послание. Но некогда он эти самые сны ел и в этом ничего хорошего для людей не было - они теряли рассудок, постепенно сходя с ума, не имея возможности заснуть. Сяо видел их страдания и миндальный тофу ля него сейчас - напоминание о том, как нельзя поступать и почему он сейчас обязан убивать опасных тварей.
    Но какой же он невероятно вкусный...

    - Нин Гуан действительно очень умная женщина. - Сяо запускает в рот очередной кусочек тофу, поднимая глаза на архонта. Нынешняя глава Цисин умела произвести впечатление - простая человеческая женщина со столь невероятным умением использовать данные ей богами силы - её мастерство управление энергией Гео вызывало восхищение у адепта. Так легко и непринужденно воссоздать древние технологии, понятие о работе которых было только у адептов. Но Воля Небес все еще просто человек. И в этом её главный недостаток. - Однако она смертная, Господин. Сейчас у власти стоит порядочный человек, знающий город, а дальше может произойти что угодно и опять же вспомним Барбатоса, который оставил город на людей, а те взяли сами себя в плен, испортив себе жизнь на несколько сотен лет. - Сяо хмыкает. Он немногое знает о тех событиях, кроме того что одни люди посчитали себя умнее и сильнее других людей и сами себе стали тиранами, вроде того, которого они свергли и кем так не хотел случайно стать Барбатос.

    Сяо вновь запускает в рот кусочек тофу, смотря на то, как его господин разливает новую порцию чая. Что же он задумал, что за контракт он заключил? Кто тот другой архонт, который смог предложить его господину нечто настолько серьезное, что это стоило всей выходки с Осиалом?
    - Неужели для этого следовало поднимать эту гидру..? И как Вы вообще сумели его пробудить, не тронув при этом его дорогую Пешт? - Сяо качает головой, невольно смотря в сторону, где была гавань и над которой взлетали последние одиночные фонари. Им крупно повезло, что Осиал был один и так же повезло с тем, что госпожа Воля Небес была достаточно сильна для того, чтобы скинуть на злобную живучую тварь свой немаленький дворец.

    Адепт задумчиво берет в руки пиалу ч чаем и новь задумывается о том, что это напиток квинтэссенция всего человеческого - совершенно нелогичный, непонятный, но очень интересный почему все в нем именно так.
    - Пить можно. - Сяо кивает головой, делая небольшой глоток и вновь думая о слишком странном сочетании. - Я не понимаю, почему трава заваренная в горячей воде пахнет цветами, а на вкус как ягода?

    +2


    Вы здесь » BezdnaCross » Фандомные игры » Burn, Rex Lapis, burn


    Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно